Таинственная история Джеймса Уилсона, эсквайра, филомата…

История, как традиционной, так и современной астрологии полна тайн и загадок. Одной из них является личность Джеймса Уилсона, эсквайра*, филомата** —  автора «Полного словаря по астрологии», вышедшего в Лондоне в 1819 году.

Джеймс Уилсон также является автором-составителем «Полных астрологических таблиц» изданных в 1820 г. и автором второго в новое время (вслед за Ашмандом в 1822 г.) перевода  с латыни на английский язык Тетрабиблоса Клавдия Птолемея, изданного им в 1828 г.

Все более поздние поколения западных астрологов признавали значительное влияние этих работ на развитие и расцвет астрологии в 19-20 веках, а по мнению Марка Эдмунда Джонса издание словаря Уилсона стало «началом современной астрологии в полном смысле этого слова».

Так вот, оказывается, что про этого человека известно чуть более, чем ничего. В частности, в русскоязычной Новой астрологической энциклопедии или энциклопедии Астрокот годы жизни либо отсутствуют, либо красноречиво указано — «первая половина XIX в.»

Если честно, меня давно интриговала эта персона, эдакий «Немо» от астрологии и вот, оказывается, что интриговала она не одного только меня…

Некий американский блогер, не чуждый исторической, астрологической и мистической тематики, Марк Демарест со товарищи разместил у себя расследование, с опорой на библиографические источники 19 века, правдоподобно описывающее обстоятельства жизни Джеймса Уилсона.

Он указывает, что автор астрологического словаря заранее и очень скрупулезно позаботился о том, чтобы скрыть свое происхождение, личную и даже профессиональную жизнь, к разочарованию более поздних исследователей и биографов. Поэтому прямых свидетельств его жизни и деятельности не существует, и мы не можем исключить, что был использован псевдоним. Однако, ряд фактов наводят на интересные и правдоподобные предположения, далее я перечислю некоторые из них.

Первое. Все три работы Уилсона были опубликованы примерно в одном месте Лондона, в районе Ислингтон Грин (Islington Green ) на самой окраине Лондона,  который был излюбленным районом для растущего профессионального класса: торговцев, банкиров, юристов и финансистов из Сити. В те годы (1820-е) книгопечатание в Англии было не очень хорошо развито и издательств было немного, тем более для подобной специализированной литературы.  На разумном расстоянии в примерно 45 минут ходьбы от этого места, по адресу Тиндаль плейс, 20, был найден лишь один дом, где с начала века проживал господин, обозначавший себя как Джеймс Уилсон, эсквайр.

Второе. Налицо последовательное и логичное осуществление Джеймсом Уилсоном некоторого своего плана. Сначала выходит в печать словарь (1819), затем таблицы (1820), затем перевод Тетрабиблоса (1828), и впоследствии (в феврале 1847) публикуется «новое и исправленное издание «Словаря астрологии Уилсона», в котором каждый технический и заумный термин, относящийся к этой науке, подробно и правильно объяснен, а различные мнения наиболее авторитетных авторов тщательно собраны и точно определены». В подробном предисловии к Тетрабиблосу Уилсон явно обеспокоен и  обескуражен состоянием общественной астрологии в Англии в то время. В частности там он пишет:

«Мы переходим к главному вопросу, а именно, к истинности астрологии в целом, без привязки к какой-либо ее конкретной системе; и это может быть рассмотрено только при правильной оценке реальной важности основных возражений и тех, кто их выдвигает — они могут быть отнесены к следующим трем разделам:

I . Глупость и неразумие ее профессоров.
II. Неопределенность самой науки, вызванная частыми неудачами предсказаний.
III. Уверенность в том, что она должна быть ложной, потому что она и не может быть истинной, и поэтому ни один образованный и здравомыслящий человек не поверит в нее.

Первое возражение содержит больше истины, чем пользы. Желание обладать Предвидением очень заманчиво; самозванцы будут наживаться на нем, где только смогут, и раньше у них было для этого больше возможностей, чем сейчас. Мудрые люди, изучавшие эту науку, хотя и были убеждены в ее истинности, полностью осознавали ее трудности и внимательно относились к своим обязательствам. Глупцы же не были столь щепетильны, а самозванцы не думали вообще ни о чем, кроме того, как извлечь из этого максимальную выгоду. В итоге дело дошло до того, что, как замечает Гассендус, некоторые «едва ли стали бы стричься или подстригать ногти, не построив для этой цели фигуры»

Как современно звучит, не правда ли?

Третье. Согласно документальным свидетельствам архивов Лондона семейство Уилсонов проживало в этом месте с конца 18 века, есть записи о женитьбе, рождении детей, самого Джеймса Уилсона, а также его родственников. Имеются данные переписи 1841 года, где Джеймс Уилсон обозначает себя как биржевой маклер 65 лет. В переписях 1851,1861 годов также имеются данные о составе и сходном роде занятий членов семьи, позволяющие предположить семейный бизнес. Наконец в 1866 году имеется сообщение о завещании, в связи со смертью Д. Уилсона, 28 сентября. Несколькими годами позже скончалась и его супруга, а затем обитатели дома, дети и их семьи  постепенно разъехались.

Из всего вышеперечисленного можно сделать вывод, что предполагаемый Джеймс Уилсон, эсквайр (1776 – 1866), прожил 90 лет, был серьезным, образованным, преуспевающим в коммерции биржевым маклером, который был встревожен плохой работой и излишествами своих современников-астрологов, и стремился исправить это, без необходимости зарабатывать на жизнь астрологической практикой, или желания привлечь к себе внимание, как к астрологу.

Последнее обстоятельство неудивительно, поскольку в тот период публичная вовлеченность в занятия астрологией была в Англии, если не предосудительной, то весьма подозрительной, а многие из неосмотрительных астрологов — практиков привлекались к суду в связи с «pretending to tell fortunes».

Таким образом, Джеймс Уилсон, эсквайр, филомат, изучал эту науку, и хотя был убежден в ее истинности, полностью осознавал все связанные с этим трудности и был осторожен в своих действиях.

Примечания:

*Эсквайр — в Англии XIX века мужчина, принадлежавший к сословию джентри, в нашем понимании должен соответствовать образу идеального рыцаря–современника: высоконравственного справедливого мужчины благородного сословия, который всегда внимателен к дамам, соблюдает правила и побеждает противников в честной борьбе. Чуть позже, в конце века новообразованное слово «джентльмен» слилось со старым, но подзабытым словом «эсквайр». Однако на момент нашей истории, несмотря на сходство применение этих понятий было различным. Слово джентльмен прочно заняло место в разговорном языке. Термин эсквайр применялся, в основном, в письменных обращениях.

**Филомат — буквально,  от греческого, стремящийся к наукам или познаниям. Так обозначались пишущие интеллигенты, авторы альманахов и подобных сочинений.